|
|
|
В конец, о Идифуме, псалом Давиду.
Симмах же перевел так: победный от Идифума, песнь Давиду. А сим дает видеть, что псалом принадлежит блаженному Давиду, пет же был Идифумом, потому что он, будучи начальником лика в Божественном храме, песнословил Бога всяческих, как говорит о сем книга Паралипоменон ( 1Пар.16:41). Предвещает же псалом востания македонян и злоумышления против Маккавеев Антиоха Епифана, и учит, какими помыслами надлежит водиться подвижникам добродетели во время нашествия сопротивных.
Не Богу ли повинется душа моя?
Иудеи, принуждаемые преступить Божественный закон, приносить жертвы идолам и есть свиныя мяса, возбуждают помысл свой к благочестию, и поощряють к ревности по благочестию, говоря: не всему ли предпочтешь ты, душа, служение Богу? Потом указывают на происходящую от сего пользу.
От того бо спасение мое Ибо Той Бог мой, и Спас мой, заступник мой: не подвижуся наипаче.
Сие служение подает тебе, душа, спасение; потому что Он — Бог и податель благ, и может подкреплять колеблющихся. Посему, призвав Его помощь, избавлюсь от покушающихся низложить меня. Так, помыслы свои воспламенив ревностию к благочестию, иудеи обращают речь к сопротивникам.
Доколе належите на человека? Убиваете вси вы, яко стене преклонене и оплоту возриновену.
Мысль, заключающаяся в стихе сем, изложена не в обыкновенном порядке речи, и она есть следующая: долго ли будете поступать с нами жестоко, не взирая на общее наше с вами естество? Имея это убийственное намерение, спешите оттолкнуть и низринуть нас, как наклонившуюся какую нибудь стену и оплот, который в опасности упасть от ветра. А сие значит: вы не слишком превозноситесь над нами, как над немощными; потому что имеем помощником Бога всяческих.
Обаче цену мою совещаша отринути.
Одна у них цель, говорит Пророк, лишить меня Божия о мне промышления, от котораго вся моя цена и слава; потому что слава благочестивых - служить Богу; почему и божественный Павел везде именует себя рабом Христовым.
Но это злоумышление не стороннее для них дело; напротив того со всем усердием занимаются им, жаждут низвергнуть меня в пучину нечестия. И объясняет Пророк, какия к тому употребляют ухищрения.
Усты своими благословляху, и сердцем своим кленяху.
Употребляют обольстительныя слова, покушаясь ввести меня в обман, а внутри у них сокрыта пагуба. Так иудеи, показав злоумышления врагов, снова сами себе поставляют законом, пребывать в терпении и ожидании Божественной помощи.
Обаче Богови повинися душе моя: яко от Того терпение мое.
Не оставляй, душа, служения Богу, но, укрепленная подаваемою от Него помощию, переноси удары бедствий.
Ибо Той Бог мой, и Спас мой, заступник мой: не преселюся.
Зная, что Он истинный Бог и источник спасения, не соглашусь оставить служение Ему и прибегнуть к иному владычеству. Слово: преселюся Пророк употребил вместо: переменюсь, то есть, не сделаюсь переметчиком и рабом нечестия.
О Бозе спасение мое и слава моя. Бог помощи моея, и упование мое на Бога.
Часто употребляют одни и теже слова, Бога всяческих называя Богом, и Спасителем, и славою, и помощником, чтобы отразить приражения злочестия. Посему-то и всех прочих единоплеменников возбуждают к тому же благочестию, не желая, чтобы им одним именоваться победоносными.
Уповайте на Него весь сонм людей: излияйте пред ним сердца ваша, яко Бог помощник наш.
В пренебрежении оставив всех людей, на Него упование твердым соделайте, единоплеменники, и Ему посвятите всю мысль, несомненно ожидая от Него помощи. Сие означают слова: излияйте пред Ним сердца ваша, то есть, Ему посвятите все помыслы, и не допускайте никакого раздвоения в мыслях.
Обаче суетни сынове человечестии, лживи сынове человечестии в мерилех еже неправдовати.
Яснее перевел сие Феодотион: однако же сыны человеческие - пар, лживы сыны мужа, как колебание весов. В делах человеческих ничего нет постояннаго, говорит Пророк, они подобны пару, поднимающемуся вверх и тотчас изчезающему, и колебанию коромысла у весов, которое движится то вниз, то вверх, ни на чем не останавливаясь. А перевод седмидесяти должно разуметь так: суетно все человеческое, однакож многие и на скоротечное полагаются, как на нечто постоянное, и нерадят о соблюдении равенства, не ровно держат весы ума, пренебрегают то, что справедливо, и радуются неправде.
Однако же никакой из того не извлекают выгоды; потому что все суетно и подлежит скорой перемене. Так перевел Симмах: они изчезают вместе. Отселе начинается увещание противникам, которые гордятся богатством.
Не уповайте на неправду, и на восхищение не желайте.
Не почитайте достолюбезным человеческаго благоденствия, достигнутаго неправдою.
Богатство аще течет, не прилагайте сердца.
Видя, что богатство, подобно реке, течет в ваши домы, не порабощайте ему вашего помысла. И для чего же советуешь сие, и предлагаешь такое увещание?
Единою глагола Бог, двоя сия слышах, зане держава Божия. И Твоя Господи милость: яко Ты воздаси комуждо по делом его.
Слышал я, говорит Пророк; так определено Богом всяческих, что будет суд и воздаяние за добро и зло. Слово: единою употреблено не в означение числа, но в том смысле, что будет сие непременно. Единою определил Бог, и не возможно сему не совершиться. Говорит же Пророк: двоя, то есть, наказание беззаконных и человеколюбие оказываемое благочестивым. А возвестил сие Бог, давая закон. Ибо говорит: Аз есмь Господь Бог твой, Бог ревнитель, отдаяй грехи отец на чада до третияго и четвертаго рода ненавидящим Мене, и творяй милость в тысящах и тьмах любящим Мя и хранящим повеления Моя ( Исх.20:5-6).
Псалом Давиду, внегда быти ему в пустыни иудейстей.
Божественный Давид, спасшись бегством от Саула, пришел к Авимелеху, оттуда же к Анхусу, который царствовал в Гефе. Потом, снова подвергшись опасности и спасшись от оной, приходит в пустыню, в которой и написал этот псалом, изливая в нем любовь свою к Богу и предвещая погибель Саулову.
Боже, Боже мой, к Тебе утреннюю: возжада Тебе душа моя.
Любовь к Тебе, Владыка, говорит Пророк, и сон отгоняет, и возбуждает меня на поклонение Тебе.
Коль множицею Тебе плоть моя.
Феодотион перевел: сколько раз, Акила: устремлена, Симмах: желает. Привел же я все сии переводы, желая показать, что в слове: ποσαπλων (коль множицею) надобно видеть не два речения, отделяя ποσ от ἁπλως , но одно речение, означающее усиление любви. Душевной любви, говорит Пророк, соответствует и плоть; не противится она тому, что совещала душа. Хочет же выразить сим следующее: душа моя и тело мое желают и вожделевают Тебя, как жаждущий желает сладкой и чистой воды.
В земли пусте и непроходне и безводне. Тако во святем явихся Тебе.
Никакого вреда не причинила мне пустыня, но, как-бы стоя при самой святой Твоей скинии, приношу Тебе песнопение. Ибо речение: во святем означает скинию: так как храм Божий не был еще построен.
Видети силу Твою и славу Твою.
Предстою же Тебе, представляя мысленно неизреченную силу. Поелику естество Твое непостижимо; то побуждения к славословию заимствую в том, что от Тебя.
Яко лучши милость Твоя паче живот: устне мои похвалите Тя.
Всякой жизни и богатых и властелинов, жизни беззаботной и многозаботливой, изнеженной, покойной, предпочитаю Твою милость, и возбуждаю уста свои к Твоему песнопению.
Тако благословлю Тя в животе моем: о имени Твоем воздежу руце мои.
Не престану делать сие во всю мою жизнь, воспевая Тебя устами, воздевая руки и прося Твоего человеколюбия.
Яко от тука и масти да исполнится душа моя.
Песнопение Твое почитаю умащением души, и думаю, что душа делается от него тучною и упитанною: потому что поучаться словесам Твоим значит постоянно утешаться и наслаждаться.
И устнама радости восхвалят Тя уста моя.
Посему-то со всем усердием вознесу Тебе песнопение, зная происходящую от того пользу.
Аще поминах Тя на постели моей, на утренних поучахся в Тя: Яко был еси помощник мой, и в крове крилу Твоею возрадуюся.
Симмах перевел сие так: воспоминаю Тебя на постеле моей; в каждую стражу помышлял о Тебе, и покрываемый крилами Твоими, благословлял Тебя. Стражами называет Пророк стражи ночныя; потому что приставленные стеречь, разделяя ночное время, исполняют обязанность эту, сменяя одних другими, и иные делят ночь на три, а другие на четыре части. Так Господь пришел к священным Апостолам в четвертую стражу ночи. Посему божественный Давид говорит: лежа на постели, отгонял я от себя сладостный сон, каждую стражу помышляя о Тебе, и песнопениями воздавал за оказанныя мне благодеяния; потому что Ты, как-бы некиим покровом крил, охранял меня необоримым Твоим промыслом.
Прильпе душа моя по Тебе.
Даже и на малое время, говорит Пророк, не могу отрешить помысла своего от памятования о Тебе, но распаляемый горячею любовию, к памятованию о Тебе привязуюсь сею любовию, как бы некиим клейким составом. Потом показывает он плод любви.
Мене же прият десница Твоя.
Видя такую мою приверженность, удостоиваешь меня Твоего промышления.
Тии же всуе искаша душу мою.
Стараются они умертвить меня, не сделавшаго им никакой обиды.
Внидут в преисподняя земли.
Но знаю, что преданы будут смерти. Потом предвещает и самый образ их кончины.
Предадятся в руки оружия.
Потерпят сие от вражеской руки.
И подвергнутся сему не от сильных каких врагов, но от соседних иноплеменников, которые, подобно лисицам, иногда нападают, а часто, и почти всегда, прогоняемые обращаются в бегство. Представляющийся же с перваго взгляда смысл дает и то разуметь, что большая часть падших на войне не удостоятся погребения, но оставлены будут на снедение зверям.
Царь же возвеселится о Бозе.
А я не смертию их, говорит Пророк, от Тебя прияв царство, буду увеселяться, но Твоим промышлением, пользуясь которым избежал я всяких вражеских злоумышлений.
Похвалится всяк кленыйся им, яко заградишася уста глаголющих неправедная.
Наконец все свободно будут именовать его царем и клясться его спасением, не боясь уже клеветников, которых уста заграждены стали смертию. Ибо при жизни Саула боялись и говорить с Давидом, а по смерти его все безбоязненно воздали ему подобающую царю честь, и стали клясться спасением царя, поставляя себе это в честь и в случай снискать благоволение.
И сей псалом имеет тоже содержание. Описывает же злоумышления Сауловы, и предсказывает избавление от оных.
Услыши Боже глас мой, внегда молитимися к Тебе: от страха вражия изми душу мою.
Приими молитву мою, Владыка, и укрепи ум мой, чтобы не бояться мне вражеских нападений.
Покрый мя от сонма лукавнующих, от множества делающих неправду.
Сонмом называет Пророк собрание единомысленных и согласных на зло, и умоляет, чтобы ему, как бы некоею стеною, оградясь Божиим попечением, соделаться победителем сего сонма. Потом описывает различныя их ухищрения.
Иже изостриша яко мечь языки своя, напрягоша лук свой, вещь горьку. Состреляти в тайных непорочна.
Соплетают они клеветы, говорит Пророк, для уготовляемой против меня брани, между тем как не подал я к тому никакой причины. Ибо непорочным называет здесь невиннаго. Вместо вещь горьку Акила сказал: речь горькую, а Феодотион: слово горькое; Симмах же перевел: наполнили лук свой словом горьким. В тайных: по переводу Симмаха, тайно, то есть, употребив засады и подстерегательство. Сие показывает и присовокупляемое:
Внезапу состреляют его, и не убоятся.
Из скрытной засады нападают внезапно, не боясь назирающаго Бога.
Утвердиша себе слово лукавое, поведаша скрыти сеть.
Сие яснее выразил Симмах: утвердили слово лукавое, удумали скрыть сети. Умышляя о моей смерти, удумали и уговорились, какия ухищрения употребить против меня, и слова подтвердили самым делом. Но отваживаются они на сие, думая, что никто не промышляет о делах человеческих. Сие показывает и присовокупленное:
Думают, что нет никакого судии над делами их.
Испыташа беззаконие: изчезоша испытающии испытания.
Устремили весь ум, придумали против меня всякия средства, не оставили ни одного вида козней, и явно нападая, и скрытно подстерегая, употребляя соглядатаев, обходя пустыни, осматривая места утесистыя.
Приступит человек и сердце глубоко.. И вознесется Бог.
Яснее перевел сие Феодотион; выражается же так: и разум мужа и сердце глубокое пронзит Богстрелою. Хотя и тьмократно укроют свои начинания, явны оныя назирающему все Богу, Который открывает высоту Свою, подвергая таковых наказанию.
Стрелы младенец быша язвы их, И изнемогоша на ня языцы их.
Впрочем, и употребив столько хитрости, не достигли они цели. Как стрелы, пущенныя малыми детьми, не причиняют никакого вреда тем, в кого попадают: так и языки их не сделали никакого вреда ими пораженным, вред же обратился на самих поражавших.
Смутишася вси видящии их.
А увидевшие, что обманулись они в своих предприятиях, исполнились смятения и страха и подивились Божию промышлению. Сие показывают и последовавшия слова.
И убояся всяк человек: и возвестиша дела Божия, и творения Его разумеша.
Ибо, размыслив о Божией попечительности, убоялись суда Божия.
Возвеселится праведник о Господе, и уповает на Него.
Преимущественно же ревнители законов Божиих, исполнившись веселия, утвердятся в уповании на Бога.
И похвалятся вси правии сердцем.
И у людей приобретут себе добрую славу направляющие помысл свой к Богу и не позволяющие себе ходить вне пути праваго.
В конец, псаломь Давиду, песнь Иеремиева и Иезекиилева, людий преселения, егда хотяху исходити.
Сии слова: песнь Иеремиева и Иезекиилева, людий преселения, егда хотяху исходити, - прилагаются в некоторых списках, но их нет в еврейском, нет у других переводчиков, даже у семидесяти в экзаплах. И кажется надписание сие прибавил кто нибудь, не вникнув в мысль псалма и не изучив истории. Ибо во первых, Иеремия не участвовал в плене, но, получив дозволение жить, где хочет, избрал пребывание в отечестве. Притом псалом сей приличен вовсе не отходящим в пленение, но живущим в плену. Будучи вдали от отечества и желая воспевать Бога, но воспящаемые законом делать сие (ибо разсуждали: како воспоем песнь Господню на земли чуждей ( Пс.136:4) в Вавилоне произнесли они, умоляя Бога: Тебе подобает песнь Боже в Сионе, и Тебе воздастся молитва во Иерусалиме. Услыши молитву мою: к Тебе всяка плоть приидет. И все изречения псалма приличны живущим в Вавилоне. Желая возвращения, возносили они песнопение сие Богу. К предречению же о них присоединяется в псалме пророчество о спасении язычников.
Тебе подобает песнь Боже в Сионе, и Тебе воздастся молитва моя во Иерусалиме.
В этом городе повелел Ты возносить Тебе песнь: посему умоляю, чтобы там была возсылаема Тебе молитва.
Приими моление мое и освободи меня от уз плена.
Тебе всяка плоть приидет.
Сие заключает в себе ясное предречение о Боговедении язычников. Теперь, говорит Пророк, умоляем о том, чтобы возвратиться и возносить песнь в освященном Тебе храме; а чрез несколько времени весь род человеческий, избавившись от прелести многобожия, притечет к Тебе, истинному Богу.
Словеса беззаконник премогоша нас.
Симмах переводит так: слова беззаконных возобладали мною, то есть, принужден я быть в рабстве у людей злочестивых и живущих в беззаконии. Потом Пророк открывает причину рабства.
И нечестия наша Ты очистиши
то есть, не несправедливо осужден я на рабство, но за нечестие, на какое я издавна отваживался, от котораго умоляю избавить меня по Твоему человеколюбию. После сего пленники начинают ублажать пребывание в отечестве; потому что оно наставляет в благочестии и руководит к оному.
Блажен, егоже избрал еси и приял, вселится во дворех Твоих: исполнимся во благих дому Твоего
то есть, счастлив и блажен народ, предпочтенный Тобою другим народам. Ибо, пребывая в священных дворах Твоих, пользуется приобретаемою там пользою и благословением.
Свят храм Твой, Дивен в правде.
Храм Твой исполнен святыни и входящих Твоими словесами поучает правде Твоей.
Услыши ны Боже Спасителю наш, упование всех концей земли и сущих в мори далече.
Здесь опять Пророк предсказывает спасение вселенной, и напоминает предречение патриарха Иакова; ибо им изречено: не оскудеет князь от Иуды, вождь от чресл его, дондеже приидут отложенная ему: и Той чаяние языков ( Быт.49:10). Его-то и здесь Пророк назвал упованием всех концей земли и сущих мори далече. А чрез сие означает как жителей островов, так и тех, которым досталось в удел населять по ту сторону лежащую сушу и пределы вселенной. Посему Пророк говорит: услыши нас Ты, Который в скором после сего времени озаришь весь род человеческий светом Боговедения. А потом изображает, сколько можно, силу Божию.
Уготовляяй горы крепостию Своею, препоясан силою: Смущаяй глубину морскую, шуму волн его кто постоит.
Слово: уготовляяй Симмах перевел: утверждающий, и слово: смущаяй Феодотион заменил словом: укрощающий. Разумеет же Пророк следующее: горы делаешь Ты твердыми и неподвижными, а море, как угодно Тебе, приводишь в движение и снова утишаешь, так что не слышно и шума его; совершаешь же все сие неизреченною и неизмеримою силою, которою облагаешься как бы некиим поясом. Поелику, препоясанный с большим удобством делает, что хочет; то Пророк и Божию силу в переносном смысле наименовал поясом. А после сего начинает уже по порядку описывать благия действия новаго завета.
Сим указываеть на проповедь Апостолов, которая мгновенно произвела в людях смятение и волнение, по изречению Господа. Ибо Он сказал: приидох разлучити человека с ближним его, сына на отца своего, дщерь на матерь свою, невесту на свекровь свою ( Мф.10:35). А потом уже утишил бурю, и даровал мир.
И убоятся живущии в концах от знамений Твоих.
Предшествовало смятение, а последовал страх, произведенный величием чудес, и научил благочестию.
Исходы утра и вечера украсиши.
Человеки, пораженные страхом, при виде чудес, оставив прежнее заблуждение и познав истиннаго Бога, при наступлении и окончании дня, возносят приятное и угодное Богу песнопение. Сие выразил и Симмах: песнословят при наступлении утра и вечером.
Посетил еси землю, и упоил еси ю, умножил еси обогатити ю.
Симмах перевел так: многоплодием обогати ее. Уже не нам одним приносишь духовное напоение, но до сытости напаяешь и целую вселенную:
умножил еси обогатити ю: река Божия наполнися вод.
Симмах все три действия представил, как нечто желаемое: посети землю и напой ее и обогати ее многоплодием из потоков Божиих, наполненных водами. Неплодную же древле вселенную Владыка соделал и благоплодною и многоплодною, напоив ее из Божествен-ных потоков. А сии потоки Божии, исполненные вод, кто иные, как не божественные Апостолы, о которых сказал Владыка Христос: веруй в Мя, якоже рече писание, реки от чрева его истекут воды живы ( Ин.7:38); и еще: иже пиет от воды, юже Аз дам ему, не вжаждется во веки: но вода, юже Аз дам ему, будет источник воды живыя текущия в живот вечный ( Ин.4:14)? А река Божия, по переводу седмидесяти, есть благодать Духа, разделяемая на потоки; и на одного изливает она слово премудрости, другому сообщает ведение, иному дарование исцелений, а иному роды языков, и чрез них напаяет вселенную. Уготовал еси пищу им, яко тако (есть) уготование. Симмах перевел так: плодотворным соделаешь всякое семя ея, так основал Ты ее. Ибо, освободив ее от прежняго заблуждения, соделаешь способною приносить зрелые плоды добродетели, которые и Тебя возвеселят, и произращающих препитают. А по переводу седмидесяти, приносимый плод служит пищею самим приносящим оный. Ибо сказано уготовал еси пищу им, яко тако уготование Твое; то есть, для того соделал Ты их приносящими плод, чтобы питались им.
Из сего видно, что это есть предречение будущаго, а не описание бывшаго.
то есть, продолжай, Владыка, подобно браздам некиим, напоевать их умы и возбуждать к плодоношению.
В каплях ея возвеселится возсияющи.
Возвеселят же и соделают ее процветающею благовременно приносимыя учителями капли росы.
Благословиши венец лета благости Твоея.
Лето благости есть наименованное у Исаии лето Господне приятно. Ибо сказано: Дух Господень на Мне, Его же ради помаза мя, благовестити нищим посла мя, исцелити сокрушенныя сердцем, проповедати пленником отпущение, и слепым прозрение, нарещи лето Господне приятно ( Ис.61:1-2). Посему летом благости именует Пророк время по вочеловечении Спасителя нашего, как приносящее Ему единый плод - благочестие. Сему-то времени пророческое слово испрашивает благословения.
И поля твоя исполнятся тука Разботеют красная пустыни, и радостию холми препояшутся.
По явлении сей благости прежняя пустыня даст зрелый плод, и холмы, оскверненные бесовскими жертвами, прияв на себя непрестанно песнословящих Бога и возлюбивших ангельскую жизнь, соделаются как бы светлыми и знаменитыми. И сказанное подтверждается самым делом. Ибо видим, что все притекают к поселившимся на вершинах гор и упражняющимся в самой высокой добродетели.
Овнами овчиими и Пророк Иезекииль именует сильных. Но Пророк обвиняет их, что паслись они на благой пажити, а останок ногами попирали, пили чистую воду, а останок ногами возмущали ( Иез.34:18); но здесь и им предрекается доброе. Ибо Давид говорит, что одеялись и облеклись они: качество одежды сей показывает божественный Павел. Ибо говорит елиц |
